Unheilig.Ru
Unheilig

ИНТЕРВЬЮ UNHEILIG: МИР НА НИТЯХ
для журнала
ReGen
 

Текст вопросов - Влад МакНили.
Текст ответов - Граф.
Перевод -
Dunkelgrau.
Язык оригинала - английский.
Примечание: оригинал интервью от 17 августа 2008 выложен здесь.

 

«Музыка — моя любовь; я не смог бы без неё жить», — признаётся Граф, когда его спрашивают, что вернуло его к сочинительству после череды неудач в юности. Не взирая на давление общества, стремившегося вынудить его выбрать более «удобные» жизненные пути, его проект Unheilig в борьбе доказал не только его талант, но и способность быть успешным и вместе с тем честным с собой. Принимая во внимание то, что каждая его работа в некотором роде автобиографична, можно расценить как знак свыше к тому, что Unheilig должен быть существовать, момент, когда Граф и его команда чудом оказались на верхушках чартов с самым первым синглом "Sage Ja!"

Набирая мощь от фестиваля к фестивалю, от альбома к альбому, Unheilig наконец пробился в немецкий телеэфир в 2006 с альбомом Moderne Zeiten. С того момента они больше не были просто одной из никому не известных групп — они оказались на передовой Neue Deutsche Hδrte, немецкой «школы» тяжёлой музыки, стиль которой выразился в работах Rammstein, Oomph!, и L'ame Immortelle. Но кроме достижения успеха, был концепт альбома, над которым Граф корпел несколько лет — Puppenspiel. В конце концов, спустя некоторое время, с помощью музыкантов, сопровождающих Графа в живых выступлениях, идея стала не только реальностью, но ещё и первым опусом Unheilig, изданным в США. Отметив эту веху на своём творческом пути, Граф уделил пару минут ReGen, чтобы как рассказать некоторые детали о Puppenspiel, так и подготовить новую аудиторию к концепции творчества Unheilig.


Puppenspiel являет собой первый американский релиз Unheilig; как Вы относитесь к этому альбому в качестве «стартовой точки» для новой публики?
Это очень бодрит! Puppenspiel много для меня значит. Это своего рода моё дитя, и я вверяю его в их руки. Я знаю, что много людей в Америке уже в курсе моих работ, потому что могут заказать диски, например, через Амазон. Так что, это не для всех такая уж новинка.

Почему Вы выбрали Nilaihah Records в качестве лейбла-издателя в США?
Скажем так, химия была правильная. Nilaihah Records небольшой лейбл, но они правда заинтересованы в идее популяризации Unheilig в США. Мой менеджмент пошёл на контакт, а остальное, как говорится, долгая история.

Вы как-то сказали, что интересуетесь отзывами «из-за океана», которые вызвал Ваш американский релиз. Какие отзывы Вы уже видели?
Я периодически читаю комментарии в гостевой на нашем сайте или на MySpace. Кроме того, в фанклубе есть люди из Америки, и я встречал многих из них на фестивалях. Реакция была очень одобрительная!

'Puppenspiel' отражает концепцию кукольного театра. Вы долго работали над идеей?
На самом деле, эта концепция волновала меня уже очень давно, но я знал, что тогда было ещё не время, и решил подождать и писать «в ящик» параллельно с вещами для предыдущих альбомов на другие темы.

Вы относитесь к себе скорее как к кукле, или скорее как к кукловоду?
Я уже упомянул автобиографичность песен Unheilig, так что в них всё сказано. Они сориентированы на то, что влияло на меня в тот или иной момент: что-то, что я видел, что-то, что я чувствовал. Я думаю, что каждый человек может и держать нити в руках, и быть привязанным к ним.

Работая над Puppenspiel, Вы пригласили работать с Вами в студии людей, который обычно появлялись с вами только на сцене в живых концертах. Повлияло ли это на конечный продукт? Было ли это тоже частью концепции?
Прежде всего, Puppenspiel — это продвижение вперёд. Песни на этом альбоме больше подходят к сути, чем на предыдущих релизах, так как у меня было больше времени подумать и развить основную мысль этого альбома. С музыкальной точки зрения, было очень интересно записывать в студийных условиях людей, с которыми обычно работаешь только «живьём». Мой клавишник, Хеннинг Ферлаге, был со-продюсером альбома. Он работает с множеством музыкантов с известными именами, так что его влияние на мои работы в общей сложности очень позитивно. Ко всему прочему, с оказываемой мне поддержкой у меня появилось больше времени на творчество, что было для меня в новинку. Обычно я всё делал сам. Разумеется, их помощь повлияла на конечный продукт, но концепт в любом случае от этого не зависел.

Ваши песни автобиографичны по своей природе, и Вы упомянули, что держали содержание и концепт Puppenspiel в голове уже довольно долгое время. Была ли какая-то причина к тому, что альбом такого склада вышел далеко не сразу?
Иногда приходится быть очень смелым, чтобы сказать так много личного — особенно в песнях. Я думаю, раньше было просто ещё не время.

Возвращаясь к теме личных мотивов в песнях — какой трек было сложнее всего выразить в словах?
'An Deiner Seite,' потому что эту песню я писал для неизлечимо больного друга.

Ваша лирика основана на личном опыте, но выбранные Вами слова заставляют эти истории выглядеть куда более всеобъемлющими, чем просто рассмотрение Вашей собственной жизни. Почему вы выбираете для себя тактику выдерживания их именно в таком стиле, и, как Вы думаете, влияет ли это на восприятие аудитории?
Вы всегда можете по-разному интерпретировать мои песни. Таким образом, аудитория может видеть себя в моих текстах. Я надеюсь, что могу помочь кому-то пережить трудные моменты жизни. Для меня всегда большой стимул — передавать людям больше в моей музыке.

В качестве лидера Unheilig, Вы действуете под псевдонимом «Граф», который, если исходить из Ваших предыдущих интервью, придаёт Вам оттенок тайны. Это вопрос приватности, или Вы считаете, что анонимность исполнителя оказывает позитивное влияние на восприятие Вашего «послания» слушателям?
Мне не хотелось бы быть расцененным, как «таинственный незнакомец»; имя «Граф» — всего лишь щит. Я — открытая книга, когда пою на сцене, но мне нужна приватность, когда я сочиняю песни. Кроме того, мне всё-таки нужна нормальная жизнь. В противном случае, я бы не смог делать свою музыку. Люди уже очень хорошо знают меня по песням, так что не имеет значения, как меня зовут — «Граф» или как-то ещё.

Уже годы в Вашем творчестве повторяется один и тот же концепт: свобода от цензуры. Почему это важно для Вас, и происходит ли это также из Вашего личного опыта?
Само понятие 'Unheilig' значит, что ты свободен ото всего (прим. пер. — в буквальном смысле «нет ничего святого»). Потому 'Unheilig' стало именем моей музыки. Это значит быть свободным — от религий и предрассудков. Раньше множество людей говорило мне, что затея петь и делать музыку не так уж удачна, — что я должен научиться делать что-то более приемлемое, и тому подобное, — но я исполнил свою мечту. Мне всегда приходилось верить в себя. Цензура нужна, когда ты делаешь кому-то больно своей музыкой, но мне кажется, что я даю людям что-то совершенно другое; я стараюсь давать им надежду и одобрение.

Раз Ваши взаимные отношения с публикой можно в некотором роде описать, как 'благоговейные', что вы можете сказать о самом позитивно запомнившемся Вам эпизоде общения с фанатами? И наоборот: что было самым неприятным?
У нас была масса прекрасных моментов. Это что-то сверхъестественное — видеть, что твою музыку любят. Я часто говорю с фанатами после концерта. Они рассказывают мне свои истории и иногда говорят о какой-то из моих песен, которая помогла им справиться с какой-то сложной жизненной ситуацией. Это дивное чувство, когда понимаешь: я могу помогать людям тем, что делаю что-то, что мне нравится. Что же до неприятия… я не люблю, когда люди задают личные вопросы, или когда ждут, чтобы посмотреть, в какую машину я сяду после фестиваля — но большинство моих фанатов уважают мою личную жизнь.

Вы как-то дали понять, что религия — важный компонент Вашей роли лирика и артиста, но, насколько я понимаю, Вы имеете свои собственные и достаточно радикальные взгляды на веру, как таковую. Повлияло ли это на Вашу публику, и что бы Вы сказали о людях, которые «обратились» бы в Вашу веру?
У меня своя религия; мне не нужно ходить в церковь, чтобы говорить с Богом. Свобода веры для меня — очень важная вещь, и я её никогда не обсуждаю. Никто не знает, во что я верю, и я не хочу быть частью чьих-то молитв.

Как Вы умудряетесь сбалансировать религиозные темы с названием 'Unheilig', или 'несвятой'?
Я всего лишь пою на темы, которые меня волнуют. Я ничего не стараюсь сбалансировать. Для меня важно то, что тебе подсказывает сердце, и об этом я и пишу.

Судя по тому, что Вы раньше упоминали, что саундтреки Эннио Морриконе повлияли на Ваше восприятие музыки, Вы - любитель кино. Почему музыка к фильмам так влияет на Вас, и какая впечатлила Вас больше всего?
Я всегда любил музыку к фильмам. Так получилось, что я всегда вижу в уме некие образы. Я создаю кино в собственной голове, когда делаю музыку Unheilig. И я очень надеюсь, что могу транслировать эти образы слушателям через свою музыку. Именно поэтому саундтреки меня очень вдохновляют. Увы, что-то одно, наиболее меня впечатлившее, отметить не могу - потому что я кино-фанат!

Альбом в Америке Вы уже выпустили; как насчёт тура?
Я правда хочу отыграть концерт в Америке, но я не знаю, когда мы сможем себе такое позволить. Всё зависит от публики. Unheilig — всё ещё не та группа, что так уж благословлена деньгами, так что нам нужно отыграть столько концертов, чтобы оплатить полёт, отель и техническую поддержку. В любом случае, я бы вышел на сцену, даже ничего за это не получая — просто потому, что надеюсь на благосклонность аудитории при живом исполнении.

Есть какие-нибудь заключительные слова для нашей аудитории?
Большое всем спасибо за интерес к Unheilig, и я обещаю, что при первой же возможности приеду к вам с концертом!